Ливень благодати


21 июля 2019 года слушатели воскресных курсов для взрослых прихода иконы Богородицы «Целительница» города Краснодара организовали поездку в Михайло-Афонскую пустынь посёлка Победа Республики Адыгея. Поездка была приурочена дням памяти равноапостольных князя Владимира и княгини Ольги. Наместник монастыря игумен Герасим (Буняев) лично встретил паломников, в ходе общения открыл им Успенский деревянный храм, в котором хранится икона всех просветителей России, включая апостола Андрея Первозванного и равноапостольных князей российских. О том, как прошла эта поездка рассказывает студентка факультета журналистики Кубанского государственного университета Лейла Гаджыева.

С чего начать… С запаха монастырского масла на лбу или ливня, который не пощадил даже мой паспорт, лежащий на самом дне сумки. В любом случае это было необыкновенно. Устав от городской суеты и от самой себя в этой суете, я собрала все необходимое, включая «Сто лет одиночества» Маркеса и свитер цвета спелой ежевики и отправилась в горы в Михайловскую Афонскую пустынь. Удивительное чувство, когда едешь в автобусе с людьми, которых не знаешь, но с которыми спокойно и хорошо — как в семье.

В дороге пели песни, молились и устроили настоящий «Ответ священника» — отец Вячеслав [священник Вячеслав Клименко, штатный клирик храма – прим. ред.] отвечает на вопросы, а я ловлю себя на мысли, что сижу с открытым ртом, слушая ответы.

Остановка недалёко от Белореченска. До Майкопа 19 километров. Льёт нежный дождь, все пьют горячий чай и едят бутерброды.

Алексей и Елена [Гичкины, супруги, фотографы, активные прихожане и организаторы поездки – прим. ред.] с камерой:

- Лейла, расскажите, чего ждёте от поездки?

Я вся в своих мыслях. Микрофон — уже давно лучший друг, но сейчас — не до него. Сегодня я не журналист и не студентка, а просто верующий православный человек. Еду помолиться за себя и родных, вспомнить, что есть вещи поважнее учебы и на самом деле любимой городской беготни.

Едем дальше. Горы совсем близко — окутаны молочным туманом. Что-то дикое и неизведанное в этом — но это пока. Едем все выше и выше. Уши закладывает, давление поднимается, но просишь сил и забываешь об этом — такая благодать повсюду.

Игумен Герасим, наместник монастыря с чистыми добрыми глазами, тепло встречает нас и проводит экскурсию на территории монастыря, основанного архимандритом Мартирием. Молимся у камня с его словами, слушаем истории. Удивительно: когда-то люди боялись нос совать в это дикое место — волки и медведи до сих пор встречаются. Как-то раз и на архимандрита Мартирия с его знакомым напала стая.

Посетили Троицкий храм, Храм архангела Михаила, куда часто приезжают помолиться военные, деревянный Успенский храм, где нет отопления и электричества, зато царят уют и благодать.

У одного из храмов бюст Его Императорскому Высочеству Государю Великому Князю Михаилу Николаевичу. Отец Герасим продолжает: «Позвонили с администрации: «На каком основании поставили бюст на территории монастыря?» Я отвечаю: «На бетонном». Больше вопросов не было».

Заходим в собор. Отец Герасим скрылся в алтаре. Не прошло и трёх минут — выходит в рясе с бутыльком масла и кистью. Зачем? По восточной традиции рисует на наших лбах кресты маслом — запах превосходный. Подарил каждому иконку — теперь всегда будет со мной.

Идём в палеонтологический музей, монашеский корпус. На дереве табличка: «Без благословения не входить». В музее аммониты — подкласс вымерших головоногих моллюсков. «Их Господь создал на пятый день, а нас на шестой». Музей охраняет останки моллюсков — и ведь Адам и Ева младше их.

Отец Герасим идет впереди. На его пути лежит веточка неизвестного растения, раскинувшего свои ветви в разные стороны. Он наклоняется и бережно перекладывает ее ближе к остальным веточкам.

Наместник позаботился, чтобы нас накормили, хоть и не знал, что приедем. Идём в монашескую трапезную. Каменные потолки, лампады вместо люстр: дух средневековья. Елена протягивает мне маленькое зеленое монастырское яблочко — этот запах я не забуду.

Игумен обители на прощание сказал: «Божьей помощи во всех трудах ваших. Я знаю: в миру жить непросто. И у нас тут свои заботы. Монашеская жизнь — она не как в книжках». Улыбается. Тепло. Светло.

 

Впереди-пещера. Триста ступеней вниз. Немой вопрос повис в воздухе: «Как же мы обратно поднимемся?» Стоим у пещеры. Елена протягивает мне микрофон. Алексей: «Лейла, ты же журналист. Задавай вопросы, расскажи, где ты». Я: «Честно говоря, я не знаю, где я, но тут круто». Самый честный стендап, как сказал отец Вячеслав.

Елена: «А если у меня клаустрофобия?» Священник: «Надо смотреть страху в лицо».

Заходим в пещеру. Там — подземный храм. Из камня высечен огромный купол. В углу  — свечи и иконы. Прохладно, воздух чистейший. У каждого в руке свечечка — тепло. Слушаем о Боге в пещере. Монашеские кельи — звучит громко. Там — узкие каменные пространства, на которых клубочком свернёшься — и то не поместишься. А ведь афонские монахи там жили много лет. Господи, где взять столько сил?

Идём к Святому источнику великомученика Пантелеимона целителя. Умываемся, пьём воду — вкуснее я не помню. Сидим с отцом Вячеславом на скамейке. Наталья протягивает яблочко. «Это вы сами выращиваете?» «Нет, это у меня растёт яблоня». «Это не одно и то же?» Смеёмся. Говорю отцу Вячеславу: «Как же можно жить в этих пещерах? Тоскливо». Ответ: «Надо везде радоваться». И только по дороге обратно к машине я поняла, почему.

Тучи сгущаются. Чувствую: острее пахнет мох, листья… Ливень не заставил себя ждать. Стена воды обрушилась на меня в лесу — прятаться некуда, да и зачем. Я уже не тороплюсь. Никого, кроме нас с дождем и лесом. Ничего, кроме одной мысли: «Вот она — Божья благодать». И как я жила без этого дождя?

Насквозь промокшая и счастливая, иду мимо киоска. Из него выходит молодой продавец: «Девушка, мне неудобно вас просить. Но вам же уже все равно… Придержите крышу киоска, а я там внутри подкручу». Надежда смеётся: «Нашёл самую промокшую». Смеёмся вместе. Продавец дарит мне пачку сухарей. На них надпись: «Благословение». «Спасибо вам», — говорю, улыбаясь. Отец Вячеслав: «Теперь можешь говорить, что работаешь за сухарики».

Идём в блинную. Следом за самой вкусной водой из источника пробую самый вкусный монастырский травяной чай. Дрожу от холода. Мокрые волосы по спине — мурашки счастья. Надежда протягивает тёплый бардовый платок: «Закутайся, как сядешь в автобус». «Спасибо вам».

Садимся. Смотря на эти горы на обратном пути, думаю: «Как же тянет обратно. Частичка меня теперь там. Какие манящие сейчас эти горы».

Вспоминаю глаза отца Герасима, смотрю на отца Вячеслава, вижу счастливые лица каждого, кто рядом со мной в автобусе… Врезается мысль: «Как можно не верить после этого? Они ведь так верят. Я никогда не видела, чтобы вот так верили».

Спасибо, что в свои девятнадцать я была там. Спасибо за это счастье в чистом виде. Это только начало — я знаю.

Я не забуду запах масла с мягкой кисти. Я не забуду глаза людей — самые настоящие и честные именно там — в горах, окутанных молочным туманом.

 

Лейла Гаджыева, студентка факультета журналистики Кубанского государственного университета

По материалу Екатеринодарской и Кубанской Епархии РПЦ МП

Фото: священник Вячеслав Клименко, Алексей Гичкин, Юлия Яхнова


Читайте также: