Послушание на всю жизнь


Более шестидесяти лет прожила матушка Валентина в законном венчанном браке с митрофорным протоиереем Михаилом Денисенко. За долгую супружескую жизнь они воспитали девять детей, большая семья пополнилась 40 внуками и правнуками. Два года назад батюшка покинул этот мир. Но жизнь продолжается. В селе Натырбово, где долгие годы жил и служил в Покровском храме отец Михаил, теперь окормляет приход его зять, иерей Андрей Тоцкий.

Особое это предназначение — быть не просто женой, но женой священника. Об этом мы разговорились с матушкой Валентиной во время нашей поездки в Натырбово. Заметив нашу машину, она вышла из дома нам навстречу, встретила тепло, приветливо, сердечно. Вместе с ней зашли в недавно, всего несколько лет назад, отстроенный храм. Он небольшой, но очень уютный, с множеством икон старинного письма. Здесь, на лавочке у стены, и началась наша беседа.

— Матушка Валентина, как сложилось, что вы стали женой священника?

— Думаю, промыслом Божиим. Я племянница отца Якова Ларина. Дядя мой служил в Ессентуках, там с батюшкой и познакомилась. Он там практику проходил на каникулах. Вообще же я со стороны видела жизнь священников, понимала, как им трудно. Поэтому когда отец Михаил приехал после окончания семинарии и стал намекать мне о женитьбе, мне его жалко стало. Потом он написал два письма родителям и письмо мне. Я дала согласие. Так Господь нас и соединил.

Краснодарский Владыка Виктор рукополагал батюшку. Первый приход наш был в станице Владимировской. В ней мы прожили три с половиной года. Батюшка любил служить, за всю свою жизнь он ни разу не оставлял службу, чтобы не прочитать правило. Особенно любил отец Михаил службы Матери Божией.

Поначалу, пока детей не было просто приходила в храм, а потом наша псаломщица Варвара Пантелеевна попросила первый час читать, так у меня от волнения спина стала мокрая. Вот так потихоньку приобщалась к службе. Потом детки появились, их у нас семь дочерей и два сына. Так что до 1973 года у меня были в основном дела домашние: кухня, стирка.

— Кто-то из сыновей пошел по отцовской стези?

— Оба сына, и еще два зятя. Зять Андрей сейчас и служит в нашем Покровском храме. Старший сын служит в Саранске в храме Иоанна Богослова, а второй — в Курганинском благочинии. Дочь Феодосия закончила Ставропольскую духовную семинарию по классу регенства, она в нашем храме отцу Андрею помогает. Другие дочери приобрели мирские профессии, и мужья их тоже мирские.

— Семья ведь тоже малая церковь.

— В семье с детьми отец Михаил строгий был, но справедливый. Сыновья, когда подросли, в храме пономарить стали. И остальные, кто в миру нашли свое дело, тоже в храм ходят. Батюшка очень любил храм, и Господь посылал нам таких же людей.

В декабре 1973 года мы остались без псаломщика, и отец Михаил поставил меня рядом, пока уже на смену пришли подрастающие дети. Одно время, довелось печь просфоры— некому было. Поехала в Лабинск, весь день училась у просфорницы, как ставить опару, как правильно вымешать тесто, как выпекать. Помогла она мне, а до того сколько пробовала, все не так получалось. И вот когда наконец получилось, тут уж столько радости было. Владыка Филарет потом даже наградил меня грамотой как просфорницу.

— Матушка Валентина, что главное должно быть в характере для жены священника?

— Послушание, это — самое главное: и тебе хорошо, и батюшке хорошо. По молодости иногда задумывалась, а так ли надо, как батюшка сказал? И сама себя спрашивала: а как надо? И понимала, что как он сказал, так и надо.

— Отец Михаил наверно рождения конца 1920-ых годов?

— Да, 1927 года рождения. В 1933 году сильный голод был, из шестерых детей у его родителей в живых только он один остался. Два раза опухал, но выжил. В Великую Отечественную войну его отец погиб. Отец Михаил говорил: все Промыслом Божиим. Те братики, что от голода умерли, все равно во время войны погибли бы: слишком слабенькие были. Всю жизнь отец Михаил за них всех молился. Жизнь тогда была тяжелая, в колхозе за «палочки» работали. Батюшка подростком в кузнице работал у кузница молотобойцем. Придет вечером уставший, а матери и покормить его нечем. Ходит по огороду, молится: Господи, хоть бы какую картошину найти. Вдруг слышит — кричат: «Иди сюда». Подходит, стоит женщина и говорит, вот тебе соевая мука, вот тебе денег задаток, сшей мне фуфаечку. Вот и послал Бог помощь, из чего сыну ужин приготовить. Так и жили. А ему давали за работу в кузнице на месяц пол-литра масла да немного муки.

— Если я правильно понимаю, в семье отца Михаила не было священнослужителей. Кто и что подвигнуло его выбрать служение Богу в священническом сане?

Когда Михаил после срочной службы в армии вернулся домой, устроился на работу в милицию. Как-то ему мама сказала, что нужно поговеть и причаститься. В Курганинске прямо в милицейской форме он и встретился в храме с отцом Симоном Венченко, у него исповедался. А потом попросил у священника домашний адрес. Отец Симон решил, что его в очередной раз заберут. А Михаил просто в гости к нему приехал как раз на Симона Зилота. Целый день у отца Симона пробыл и, как потом вспоминал, уходить не хотелось. Благодаря этому знакомству Михаил и узнал, как можно стать священнослужителем. Отец Симон дал ему рекомендацию для поступления в Ставропольскую духовную семинарию. А ведь раньше он хотел стать художником. И поступал. В один день пришел ему вызов и в художественное училище, и в духовную семинарию. Он выбрал семинарию.

Когда мы поженились, мама отца Михаила была уже слепая. Младшая сестренка ухаживала за ней. Жили они бедно. Когда он учился в семинарии, Владыка Антоний Романовский, отца Бориса Малинка родственник, даже на дорогу деньги ему давал, чтобы доехать домой. Мы в Натырбово с 1965 года. До этого был Никольский храм в Лабинске. Ехали сюда с радостью: батюшка был очень доволен, что храм Царицы Небесной — Покровский. Тогда это был небольшой домик, просто приспособленное помещение, где проходили богослужения. Было и такое, что вызывали из-за детей в школу: детям священников запрещали алтарничать в храме. Грозились, что снимут отца с регистрации. Батюшку вызовут, а я в уголочке перед иконами молюсь…Всякое бывало, все пережили.

Батюшке хотелось построить новый храм, но не довелось, здоровье не позволило.

— Храм в станице новый. Его не отец Михаил строил?

— Строительством занимался уже зять, отец Андрей. По правде, строил Господь, а священник выполнял только Его волю. Строили на месте прежнего здания — вокруг него, а в нем продолжались службы. Но такого уж послал Господь человека, который проект сумел сделать и так точно рассчитать, чтобы и строить, и служить в старом было можно, хотя участок земли и небольшой.

— Отец Михаил успел увидеть новый храм?

— Видел. Но последние два года жизни батюшка уже лежал, почти все время на спине, повернуться не мог. Но Господь давал ему терпение. Мы не поняли, что он на ногах перенес инсульт, помощь вовремя не была оказана. А началось так. Как-то говорю ему: «Пойдем прогуляемся». Вышли из дома, и он первым направился к калитке. Я повернулась калитку закрыть, а он вдруг побежал и с размаху упал. Я подбежала — а у него по лицу кровь течет. Очень испугалась. Откуда ни возьмись — человек. Вызвали скорую, батюшку — на носилки, привезли домой. Врач посмотрел и говорит: «Не жилец». Потом только мы узнали, что именно в этот момент должна быть оказана правильная медицинская помощь… Отец Михаил всегда говорил, что хочет умереть на Пасху. Помню ночью открываю глаза, а сын стоит возле постели отца Михаила и говорит мне: «Мам, я его сейчас причащу». Часа в два ночи он его причастил, а в два часа дня он умер. Отошел ко Господу в Неделю жен-мироносиц. В это время на праздники Бог дал — все дети приехали. Отпевали Пасхальным чином. Чуть не дожил до 90 лет.

— Трудно быть женой священника?

— Знаете, нет. Господь помогает. Надо просто иметь смирение, быть всегда в послушании и все делать по благословению супруга. Мне в свое время очень хотелось посетить Киево-Печерскую Лавру. Стала я проситься у батюшки, чтобы он позволил поехать. И батюшка благословил. Ехала туда, никого не знала, а все сложилось удачно: все, что хотелось увидеть, посмотрела, на службах во многих храмах побывала, и не только в Лаврских. Сколько хороших людей встретила. Мне помогали, да и я, чем могла, тоже кому-то помогала.

А сколько мы в жизни людей встречали хороших. Отец Михаил любил ездить в Троице-Сергиеву Лавру — если не на летнего Сергия, то на осеннего. Скольких он там монахов, монахинь встречал, вообще верующих людей. Не перечесть. Это такая духовная поддержка. Первый раз, когда появилась такая возможность, приехал в Сергиеву Лавру, а там народ в очереди стоит. Спрашивает: «Куда это?» — отвечают: «К старчику, отцу Кириллу». Ну и он пошел. Батюшка Кирилл подарил ему рубашку. С тех пор, приезжая в Лавру, всегда старался побывать у отца Кирилла или отца Наума. А когда сын попал служить в Саранск, возил нас с отцом Михаилом в Дивеево и в Санаксарский монастырь. Там тоже отец Иероним. Так что много хороших людей встретил, таких верующих, что встретишь — и не хочется расставаться. И я вместе с ним много где в святых местах побывала. Хотите, я принесу наш альбом с фотографиями.

Матушка Валентина ненадолго отлучилась и вскоре вернулась со стареньким фотоальбомом. Он оказался истинным сокровищем, где собраны лица самых близких для нее и отца Михаила людей: родственников, детей, знакомых священников и архиереев, с которыми Бог сводил их на долгом жизненном пути. Как бережно листает матушка страницы с фотографиями, словно гладит дорогие лица. За каждой фотографией столько воспоминаний, столько событий — обо всех разве расскажешь в недолгой беседе. Слушать матушку Валентину очень интересно и поучительно — перед глазами опыт живой, деятельной и глубокой веры в Бога, опыт жизни православной семьи — в любви и послушании дорогому человеку. В послушании на всю жизнь.

Беседовала монахиня Сосанна


Читайте также: